РУС ENG

+ 375 44 500 15 10     +7 499 322 78 38

info@revera.by

К вопросу о кворуме для принятия решений общего собрания участников хозяйственного общества по вопросам ликвидации

02 Марта 2015

Согласно абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах» (далее — Закон) к исключительной компетенции общего собрания участников хозяйственного общества относится, в том числе, решение о ликвидации хозяйственного общества, создание ликвидационной комиссии, назначение ее председателя или ликвидатора и утверждение промежуточного ликвидационного и ликвидационного балансов, за исключением случаев, когда решение о ликвидации этого общества принято регистрирующим органом или судом в соответствии с законодательными актами.

То есть указанной нормой закреплен перечень вопросов, связанных с ликвидацией хозяйственного общества, решение по которым может быть принято только общим собранием участников такого хозяйственного общества.

При этом в ч. 4 ст. 109 Закона для обществ с ограниченной ответственностью предусмотрено, что решения по вопросам реорганизации и ликвидации принимаются всеми участниками общества единогласно. А согласно ч. 6 ст. 84 Закона применительно к акционерным обществам, решения общего собрания по вопросам реорганизации и ликвидации принимаются большинством не менее трех четвертей голосов лиц, принимающих участие в этом собрании.

Вместе с тем, из ч. 4 ст. 109 и ч. 6 ст. 84 Закона однозначно не следует, распространяется ли данный порядок принятия решений (требование о кворуме) только на принятие непосредственно решения о ликвидации (т.е. решения о начале процедуры ликвидации), либо же он распространяется и на принятие решений по иным вопросам, связанным с ликвидацией хозяйственного общества (решения «по вопросам ликвидации»), которые предусмотрены в абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона.

На практике возникали следующие случаи, когда данный вопрос подвергался оценке со стороны суда или регистрирующего органа. При этом следует отметить, что нормы уставов хозяйственных обществ в рассматриваемых случаях содержали положения, аналогичные ч. 4 ст. 109 и ч. 6 ст. 84 Закона.

По одному из дел, рассмотренных экономическим судом, истец указывал, что решение о смене ликвидатора общества с ограниченной ответственностью подлежит признанию недействительным, поскольку принято простым большинством голосов, чем нарушен порядок принятия такого решения, предусмотренный ч. 4 ст. 109 Закона.

Истец указывал, что буквальное толкование приведенной нормы не позволяет сделать вывод, что формулировка «по вопросам ликвидации» включает в себя лишь вопрос о принятии самого решения о ликвидации. В Законе используются две отдельные правовые категории – «решения по вопросам ликвидации» и «решение о ликвидации». Данный вывод, по мнению истца, подтверждается сравнением ч. 4 ст. 109 с абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона, согласно которой к исключительной компетенции общего собрания участников хозяйственного общества относятся: решение о ликвидации хозяйственного общества (1), создание ликвидационной комиссии (2), назначение ее председателя или ликвидатора (3) и утверждение промежуточного ликвидационного (4) и ликвидационного балансов (5). Таким образом, «решения по вопросам ликвидации» представляют собой более широкую правовую категорию, одной из составляющей частей которой является «решение о ликвидации».

Истец указывал, что необходимость единогласия при принятии всех решений по вопросам ликвидации является разумным и обоснованным законодательным требованием. С момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят все полномочия исполнительного органа, и именно она осуществляет все необходимые действия, чтобы процесс ликвидации был завершен, – проводит инвентаризацию имущества, выявляет дебиторов и кредиторов, составляет промежуточный ликвидационный баланс, производит расчеты с кредиторами, принимает меры по взысканию дебиторской задолженности, составляет ликвидационный баланс, предоставляет документы в регистрирующий орган и т.д. При таких обширных полномочиях ликвидационной комиссии общее собрание участников осуществляет лишь единичные функции, перечисленные в абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона. Очевидно, что указанные выше вопросы, по которым решение должно быть принято общим собранием участников общества, являются существенными и необходимость единогласия по ним абсолютно обоснована.

С учетом вышеизложенного истец указывал, что решение о прекращении полномочий (освобождении) ликвидационной комиссии, а также о назначении нового ликвидатора, равно как и принятие первичного решения о назначении ликвидатора (ликвидационной комиссии) должно быть принято единогласно всеми участниками общества с ограниченной ответственностью.

Суд не согласился с приведенными доводами истца, указав, что «буквальный анализ ст. 109 Закона в целом и ГК Республики Беларусь позволяет суду сделать вывод о том, что законодатель не требует единогласия участников общества с ограниченной ответственностью при решении вопроса о смене ликвидатора (ликвидационной комиссии). Экономический суд констатирует, что буквально под решением «вопросов реорганизации и ликвидации» следует понимать решения непосредственно о реорганизации и о ликвидации общества, но не решения, так или иначе связанные с указанными процессами, не являющимися при этом решениями о начале процессов реорганизации и ликвидации как таковых. Вопрос о смене ликвидатора не является «вопросом ликвидации» как таковой, и в отсутствие прямого указания на то Закона не является тем, решение по которому должно приниматься общим собранием участников единогласно. Иной, расширительный подход к толкованию положений Закона необоснован и является недопустимым.».

Таким образом, фактически суд постановил, что согласно ч. 4 ст. 109 Закона единогласие всех участников общества требуется только лишь исключительно для принятия решения о ликвидации, т.е. о начале процедуры ликвидации хозяйственного общества. Все иные решения, отнесенные к компетенции общего собрания участников, в том числе на основании абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона (в т.ч. о назначении ликвидатора), могут быть приняты простым большинством голосов, если иное не предусмотрено в уставе этого общества.

Вместе с тем, позиция регистрирующих органов не соответствует вышеизложенному подходу.

Так по одному из дел решение о выходе из процедуры ликвидации было принято общим собранием акционеров ОАО простым большинством голосов, поскольку в ч. 6 ст. 84 Закона указано на необходимость принятия квалифицированным большинством голосов решения по вопросу ликвидации, т.е. следуя вышеизложенному подходу суда, только непосредственно решения о начале процедуры ликвидации. Обратившись в регистрирующий орган с заявлением о внесении в ЕРГ сведений о прекращении процедуры ликвидации, заявителем был получен отказ, в котором указано, что согласно ч. 6 ст. 84 и абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона решение по вопросу о прекращении ликвидации должно быть принято в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 84 Закона, т.е. квалифицированным большинством голосов.

Аналогичную позицию регистрирующие органы занимают и в отношении кворума по вопросам назначения и смены ликвидатора (ликвидационной комиссии) и иным вопросам, перечисленным в абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона. Соответствующую позицию регистрирующие органы обосновывают в том числе нормами ст. 58 ГК.

Учитывая противоречивость подходов судебной практики и позиции регистрирующих органов, считаем возможным рекомендовать порядок принятия соответствующих решений регламентировать в уставах хозяйственных обществ, а в случае отсутствия такого порядка – для минимизации рисков оспаривания принимать все решения по вопросам ликвидации, предусмотренные в абз. 7 ч. 1 ст. 34 Закона, в порядке, установленном в ч. 4 ст. 109 или ч. 6 ст. 84 Закона (единогласно либо квалифицированным большинством голосов соответственно).

Бизнес-инфо, март 2015

Подпишитесь на наши новости в Facebook и получайте полезную информацию в удобной форме