Судебный кейс. Грани злоупотребления правом: свобода определения цены акций

Ключевой вывод по делу № 156ЭИП207/А/А/К (123-6/2020/515,520А)

по ст. 169 ГК не может быть установлен факт ничтожности сделки – предложения о продаже акций в ЗАО – на основании злоупотребления правом (ст. 9 ГК).Фактические обстоятельства

Акционерами ЗАО (Истец) являлись два физических лица. В связи со смертью одного из акционеров, принадлежащие ему акции перешли в порядке наследования к наследникам – сыну и супруге (Ответчик).

Согласно пункту 10.11 Устава Истца, акции переходят к наследникам гражданина или правопреемникам юридического лица, являвшегося акционером, с согласия общества. Ответчик направил в адрес Истца заявление о даче согласия на переход акций в соответствии с перешедшей к ней (супруге) долей в наследстве.

Истец сообщил об отказе второго акционера на переход акций общества в полном объеме Ответчику независимо от оснований получения акций. Кроме того, со ссылкой на пункты 10.6-10.10 Устава было предложено следовать процедуре, указанной в названных пунктах (направление предложения о продаже акций). В пункте 10.6 Устава общества предусмотрен способ извещения о намерении продавать акции – письменно, а также установлены требования к информации – с указанием количества, цены и других условий продажи акций и иное.

Ответчик направил извещение о продаже акций, в котором сообщалось о намерении продать 1 250 акций простых (обыкновенных) по цене 50 000 000 долларов США за одну акцию по курсу, установленному Национальным Банком Республики Беларусь, на день оплаты.

Получив данное извещение, Истец обратился в экономический суд с требованием об установлении факта ничтожности сделки – предложения о продаже простых (обыкновенных) акций на основании ст. 9 (злоупотребление правом) и ст. 169 ГК.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционной и кассационной инстанциями, Истцу отказано в удовлетворении исковых требований.

Позиция Истца
  • предложение о покупке акций противоречит законодательству, поскольку является формой злоупотреблением правом: оспариваемое извещение сделано Ответчиком с целью обхода отказа общества в переходе акций к Ответчику, что свидетельствует о недобросовестности Ответчика и злоупотреблении им своим правом;
  • право определения цены продажи не принадлежит Ответчику;
  • оспариваемое извещение носит мнимый характер, поскольку было совершено лишь для вида, без реального намерения продать акции.
Выводы суда
  1. Предложение (извещение) Ответчика о продаже акций, полностью соответствует п. 10.6 Устава, а также положениям о порядке перехода акций, установленным п. 7 ст. 97 ГК.
  2. Оспариваемое извещение соответствует положениям ст. 93 ГК и ст. 73 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах».
  3. Статья 9 ГК не может быть основанием для установления факта ничтожности (признания недействительным) оспариваемого извещения.
Комментарии REVERA

1. Указанное дело в очередной раз подтверждает уже устоявшуюся судебную практику: злоупотребление правом (ст. 9 ГК) не может являться нарушением, которое влечет установление факта ничтожности сделки, в том числе, по ст. 169 ГК. К примеру, схожий вывод сделан судом по делу № 10-28/2020/429А/612К. Злоупотребление правом в спорах о недействительности сделок может выступать только как дополнительный аргумент. .

Как правило, логика состоит в том, что, злоупотребление правом само по себе не является таким нарушением законодательства, в результате которого может быть установлен факт ничтожности сделки по ст. 169 ГК. Из практики, можем отметить, что также не работает связка ст. 9 и ст. 170 ГК (сделка, запрещенная законодательством) – в таком случае, для установления факта ничтожности сделки необходимо наличие прямого запрета по существу обязательства: предмету, субъектному составу, условиям совершения сделки. При этом запрет на злоупотребление правом при заключении сделки судебная практика не относит к условиям совершения сделки, потому злоупотребление правом не может быть основанием для установления факта ничтожности сделки. 

Кроме того, как правило, законодательство предусматривает иные меры защиты, к примеру, взыскание убытков в случае злоупотребления правом. В то время, как недействительность сделки не указана в ст. 9 ГК в качестве последствия злоупотребления правом.

Фактически, в белорусской судебной практике, применение ст. 9 ГК ограничено и возможно только как защитное средство, как прямо указано в п. 2 ст. 9 ГК (суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права). 

Практика применения ст. 9 ГК как защитной меры существует, и суд может отказать в удовлетворении иска, если посчитает, что требования истца являются злоупотреблением правом, к примеру, как в деле СКИД №12-01/70-2020. Согласно п. 27 Постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 31.10.2011 №20 «О некоторых вопросах рассмотрения дел с участием коммерческих организаций и их учредителей (участников)» в удовлетворении иска об оспаривании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность аффилированных лиц, или крупной сделки может быть отказано, если в соответствии с п. 1, 2 ст. 9 ГК судом установлено злоупотребление правом со стороны истца.

Необходимо отметить, что в иностранной судебной практике, в том числе в Российской Федерации, злоупотребление правом используются гораздо шире, в том числе, в спорах о недействительности сделок.

2. Несмотря на невозможность установить ничтожность на основании ст. 9 ГК, в данном случае интерес представляет сущность заявленного Истцом злоупотребления правом: предложение Ответчика о продаже акций по определенной стоимости. В данном случае речь шла о продаже всего пакета акций (1250) за 62,5 млрд. долларов США. Для понимания, валовый внутренний продукт Республики Беларусь в 2020 году составил 147 млрд. руб. или около 56 млрд. долларов США.

Законодательство, действовавшее на момент разрешения спора (п. 7 ст. 97 ГК, ст. 73 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах»), указывало, что Устав ЗАО может содержать требование о получении согласия наследниками на переход акций акционера-наследодателя – при отсутствии такого согласия, акции подлежат продаже другим акционерам или ЗАО, а если они не приобретают, то акции могут быть отчуждены третьим лицам по цене, не ниже той, по которой предлагалось акционерам. Однако может быть патовая ситуация, так как наследник при этом не обязан продавать акции третьим лицам.

Исходя из п. 10.6 Устава, в данном случае спор, по сути, касался вопроса, принадлежит ли Ответчику право определять стоимость акций при их продаже другим акционерам или Истцу, а также должна ли эта цена быть разумной. Так как Устав Истца предусматривал только общее требование об указании цены в предложении, из этого следует, что такое право принадлежит Ответчику. При этом каких-либо ограничений в отношении цены ни Устав, ни законодательство не предусматривают. Потому суд сделал вывод, что ответчик мог установить любую цену, которую посчитает необходимой. 

Следует отметить, что даже, если бы суд установил факт ничтожности предложения, это не повлияло бы существенным образом на ситуацию, так как цена на акции осталась бы неопределенной, и Ответчик мог повторно предложить акции к продаже, к примеру, за 49 999 999 долларов США за 1 акцию. 

3. В настоящее время в законодательстве вопрос перехода акций ЗАО наследникам разрешен. Закон Республики Беларусь от 05.01.2021 №95-З «Об изменении законов по вопросам хозяйственных обществ» исключил п. 7 ст. 97 ГК и внес изменения в ст. 73 Закона «О хозяйственных обществах», которыми отменены ограничения по переходу акций ЗАО к наследникам.

Ссылка на дело: 
http://court.gov.by/ru/justice_rb/praktice/acts_vs/economics/0ce7e985b18b4c14.html